shahruhiya

Categories:

Накшбандия. В поисках ответов. Улугбек – Ходжа Ахрор…

«Чтобы исполнять свою духовную миссию в мире, необходимо пользоваться политической властью…»

 Каллиграфическое представление Ходжи Ахрара по-арабски (Википедия).
Каллиграфическое представление Ходжи Ахрара по-арабски (Википедия).

Можно сказать, что в XV веке со смертью астронома и ученого Улугбека закончилась эпоха просветителей Востока. Он был последним в плеяде великих имен: Ибн Сино (980–1037), Аль-Фараби (872–950), Аль-Хорезми(783–850), Аль-Фергани (797–865), Аль-Бируни (973–1048)…

Первым в этом ряду для меня стоит Авиценна – Ибн Сино – энциклопедист, ученый, философ. Он вдохновил многих великих людей на духовные поиски, в том числе Шихабиддина Яхъя ас-Сухраварди – Шейха Ишрака, возродившего древнюю философию Света, стоявшего особняком и среди философов, и среди суфиев, пытавшегося соединить воедино обе школы познания истины. 

Исследователи богатого наследия Ибн Сины до сих пор не могут прийти к однозначному выводу: был ли Авиценна суфием? По сути, и философы, и суфии стремились постичь истину: одни – «гармонию алгеброй разъяв», другие посредством собственного мистического опыта. Различие лишь в подходе. Великий Джаллаладдин Руми описывал встречу Абу Саида и Авиценны, которая завершилась коротким диалогом. Ибн Сино сказал: «Абу Саид видит то, что я знаю», на что Шейх заметил: «Ибн Сино знает то, что я вижу».

Это происходило в XI веке. В то время суфии были, по большей части, аскетами, далекими от «благ цивилизации» и их подателей. Сильные мира сего сами приходили к ним за советом и благословением и, поступая в соответствии с полученными наставлениями, выигрывали сражения, облегчали душу, излечивали раны.

Таким правителем был Амир Темур – основатель империи Темуридов, завоеватель и государственный деятель. Его личность, как и других полководцев и политических лидеров, овеяна легендами. Одна из них гласит, что в детстве он был учеником молодого Накшбанда. Учитывая, что Тамерлан (1336) родился на 18 лет позже Бахауддина Накшбанда (1318), можно сказать, что они были современниками. Вряд ли в то время сформировался орден Накшбандия как таковой. Возможно, полководец беседовал с Бахауддином как последователем Ходжаган. Тем более что по словам самого Темура, он получил благословение от одного из пиров Бухары, шейха ордена Ходжаган, учителя Накшбанда – Саида Амира ал-Кулала: «…Я отправился к святому саиду Кулялю; саид встретил меня поздравлением с восшествием на престол, который мне суждено преемственно передать моему потомству. Услышав такие слова от почтенного саида Куляля, я очень обрадовался и стал принимать меры к тому, чтобы овладеть всем миром».

Тем не менее, своим учителем Тамерлан считал Ходжу Саида Бараку, который сопровождал его в военных походах, оказав, к примеру, неоценимую поддержку при овладении Балхом. Темур велел похоронить его рядом с наставником. Если вы попадете на могилу Тамерлана, в мавзолей Гури-Эмир, то узнаете, что завоеватель лежит у ног Мир Саида Бараки. Рядом с повелителем покоятся его сыновья – Шахрух и Мираншах, и внуки – Мухаммад Султан и Улугбек.

Совсем по-иному сложились отношения с суфиями у внука Амира Темура – великого ученого, астронома, математика, просветителя, продолжившего дело энциклопедистов Востока, государственного деятеля и правителя Мавераннахра – Мирзо Улугбека. Говорят, что ученый часто входил в конфликт с дервишами. Правда, о прямых столкновениях в источниках не указано. Тем не менее, молодому Ходже Ахрору (Насыраддину Убайдуллаху ибн Махмуду Шаши) «пришлось испытать на себе презрительное обращение сановников Улугбека с дервишами». Участником одного из конфликтов стал и Мухаммад Парсо – последователь Бахауддина Накшбанда, сыгравший значительную роль в консолидации тариката Накшбандия.

Чем же не угодил шейхам правитель?

В 1411 году Улугбек стал самостоятельно управлять огромной территорией. Первым делом он решил претворить в жизнь юношескую мечту – превратить столицу империи, Самарканд, в город науки и просвещения. К этому он привлек видных ученых того времени. В 1428 году заработала Обсерватория, лучшая среди всех, имевшихся на тот момент в мире. Составленная Улугбеком карта звездного неба «Гурганский зидж» описывала 1018 звезд и долгое время считалась самой точной среди астрономов. Он построил высшее учебное заведение в Самарканде и пригласил в качестве учителей известных астрономов и математиков исламского мира. Два других медресе были возведены в Гиждуване и Бухаре. Портал Медресе Улугбека в Бухаре отмечен выдержкой из хадиса Пророка Мухаммада: «Стремление к знанию есть обязанность каждого мусульманина и мусульманки».

Улугбек являлся выдающимся ученым, гуманным правителем. Несмотря на это, в государстве были люди, которым не нравились его методы управления страной. По их мнению, он слишком много времени уделял наукам и просвещению, в то время как правитель должен укреплять вертикаль власти, завоевывать новые территории, пополнять, а не разорять казну. Неудивительно, что в 1449 году в результате коварного заговора Улугбек был убит.

Во времена правления Темуридов шейх ордена Накшбандия Ходжа Ахрор провозгласил девиз: «Чтобы исполнять свою духовную миссию в мире, необходимо пользоваться политической властью». Орден со временем превратился в крупное феодальное объединение и стремился оказывать влияние на Темуридов. Во владении шейхов находились десятки тысяч гектаров земель. Дервишское братство в итоге приобрело большую силу, ведь кто имеет в своей собственности плодородные земли, тот «заказывает музыку». Логично предполагать, что экономическая мощь допускала наличие политических претензий, которые могли лечь в основу возникавших между Улугбеком и шейхами конфликтов.

По одной из версий, естественно, недоказанной, не последнюю роль в гибели ученого и правителя сыграл Ходжа Ахрор. Мы никогда не узнаем, так ли это на самом деле. Тем не менее, после смерти Улугбека авторитет Ходжи Ахрора возрос, повысилась его политическая активность, и он почти сорок лет негласно управлял страной, фактически установив теократическое правление.

Пытаясь разобраться в данном вопросе, я искала и находила в интернете разного рода информацию, связанную с Ходжой Ахрором. Если исходить из того, что дыма без огня не бывает, а я не имею возможности ни проверить ее, ни опровергнуть, то решила привести основное из того, что нашла.

Итак, Улугбека убил его сын, Абдулатиф. После смерти эмира в Самарканде началась смута. Абдулатиф через несколько дней умер вслед за своим отцом. Полтора года страной правил временщик. В 1451 году правнук Амира Темура, Мирза Абу Саид, приехал к Ходже Ахрору, который жил в Ташкенте, чтобы попросить благословения перед битвой за престол. Получив напутствие и победив соперника, Абу Саид пригласил Шейха переехать в Самарканд и жить при его дворе в качестве советника. Святой согласился.

Перед отъездом в столицу Мавераннахра Шейх подарил Ташкенту пятничную мечеть. Ходжа Ахрор строил мечети, медресе, ханаки. И не только. Согласно источникам, он «курировал» караванную торговлю, предприятия по производству бумаги и бархата и получал от этого огромные доходы, хотя в казну платил всего 20% со своих земель. Практически все Темуриды брали у него взаймы. Потомки святого освобождались от налогов, военной службы, получали во владение земли и города.

Откуда у духовных лиц такие богатства? Они обогащались за счет вакуфных земель («вакуф» – имущество, переданное отдельным лицом либо государством на религиозные или благотворительные цели). В результате служители культа становились влиятельной самостоятельной прослойкой феодального общества.

Ходже Ахрору, согласно источникам, принадлежали «все земли на юг от Самарканда до Шахрисабза». По подсчетам историка П. Иванова, в районе Карши он владел 28 тысячами га орошаемых земель, в Самарканде – 35 тысячам га. Кроме того, в Самарканде святому принадлежали бани и торговые предприятия.

Алишер Навои писал о Ходже Ахроре: «…обрел он удивительное влияние на державы и неизреченную близость к властителям и повелителям. Властители Мавераннахра считали себя его мюридами и сподвижниками, но и многие мусульманские повелители Хорасана, Азербайджана и других стран от Рума и Египта до Китая и Индии считали себя сподвижниками Ходжи и его подданными».

Сам Ходжа Ахрор писал так: «Задача суфия спасти не только себя, но спасти мир, а чтобы спасти мир, надо иметь власть. Для того же, чтобы иметь власть, нужно иметь сношения с миром. Таким образом, отречение от мира и завладение миром служат одной конечной цели. Власть над миром, который есть мир страстей, зло, мир дьявола, – служит во благо того же мира и понесет ему спасение. Но к власти над миром должен стремиться лишь тот, кого уже мир как мир привлекать не может, тот, который достиг степени безразличия и совершенного равнодушия по отношению к ценности и прелестям мира».

…Два правителя – Улугбек, взошедший на престол по праву его наследования, и Ходжа Ахрор, фактически руководивший страной после его смерти, были погребены в Самарканде. Чем было их противостояние – борьбой мракобесия с прогрессом или попыткой духовенства спасти мир от зла и страстей, для его же блага?..

Известно, что Шейха воспитали в доме его дяди, Ибрагима аш-Шаши,  просвещенного человека. Он обучал племянника. Когда Ходже Ахрору исполнилось 22 года, его отправили в Самарканд, на учебу в самое престижное медресе страны. Однажды Убайдуллах сказал дяде: «Каждый раз, когда иду на учебу, я чувствую себя больным». На что тот ему ответил: «Мне известно состояние, в котором ты пребываешь, поэтому сейчас я не буду заставлять тебя ничего делать». Сам святой так вспоминал о данном периоде жизни: «В целом наше обучение не преодолело одной-двух страниц». Видимо, этим он подчеркивал, что его глубокие знания и мудрость не являются результатом постижения светских наук, а ниспосланы ему свыше.

Как могли складываться отношения между просвещенным правителем страны Улугбеком и таким духовным лидером, как молодой Ходжа Ахрор, относящимся, скажем так, с пренебрежением к светским наукам, не дарующим, по его мнению, мудрости, так как она ниспосылается свыше?.. 

В свое время Бахауддин Накшбанд проповедовал добровольный отказ от материальных благ, ценностей, накопительства. Спустя почти век постулат претерпел трансформацию. Свое развитие, дополнение и расширенное толкование получил и лозунг: «Сердце у Бога, руки в труде». Время и реалии жизни «требовали» реформирования, с политическим уклоном, что и сделал Ходжа Ахрор.


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic