shahruhiya (shahruhiya) wrote,
shahruhiya
shahruhiya

Categories:

Байсунтау. Последние из могикан









Первой, кого я увидела в высокогорном кишлаке, была черноокая девчушка лет пяти. Она смотрела на меня в упор, улыбаясь и поправляя косынку, из-под которой выбивались непослушные пряди волос. Ее застенчивая улыбка покорила мое сердце. Рядом играли ее братья. Увидев гостей, они отвлеклись и с интересом разглядывали нас. Туристы здесь явление редкое.


Нас ждали. На айване (крытая веранда, с трех сторон огороженная стенами и открытая с четвертой стороны) был накрыт дастархан (сервированный, с угощениями стол). Раньше и в городе так встречали гостей – на полу, по всей длине комнаты расстилали скатерть, расставляли тарелки с угощением, пиалы и чайники с зеленым и черным чаем. Гости усаживались по периметру на курпачи (стеганый вручную матрац), пили чай, беседовали. 


Пить горячий душистый чай, глядя, как над горой парит орел, а над ним плывут облака, меняя свои очертания; как среди серых скал выделяется островок зелени, наверное, сад; еле просматриваемые ниточки троп извилисто прочерчивают склоны, и по одной из них темным пятнышком движется ослик, – это счастье.


Небо розовело… Нужно было успеть обойти кишлак.



Ныне модное слово «аутентичный» лучше всего описывает это нетронутое цивилизацией селение. Дело не только в архитектуре – саманных домах, часто небеленых, поставленных на каркасах из бревен, и не в аскетическом быте сельчан. Дело в них самих. Люди! Они иные. Настороженные вначале взгляды сменяли улыбки. Смотрели сельчане прямо, в глаза, изучающе, но доброжелательно. Да, они не отводили взоров. Этим людям нечего скрывать – они как на ладони.


Их лица отличались какой-то внутренней красотой. Что тому причиной: проживание в непростых условиях высокогорья, «подкорректировавших» геном сельчан (думаю, по сути, все они потомки одного рода), либо отсутствие «прелестей» городской жизни? Может быть, являясь частью изумительно красивой природы, невозможно не быть иным?.. 


Узкие улочки кишлака привели нас к скале, возвышавшейся посреди селения. Какой с нее открывался вид – весь кишлак как на ладони! Саманные плоские крыши вперемешку с железными кровлями «собрали» удивительную картинку. С дальней крыши стали махать руками и кричать по-таджикски. Оказывается, там живет пасечник, его сын предложил нам купить мед. Мед, кстати, оказался вкусным…


По кишлаку вольготно гуляли, именно гуляли, козы. Они явные любимицы своих хозяев – ухоженные, упитанные, характерные, совсем непохожие на осликов-трудяг. Кроме коз и осликов в селении другой живности не наблюдалось. На вопрос: есть ли ли собаки и кошки, местные жители утвердительно кивали головами, но ни одной собаки я не видела. Зато хозяйская кошка ночью пыталась стащить нашу колбасу, видимо, безрезультатно.


В любом, даже самом высокогорном селе, есть мечеть и школа. Школа – аккуратное современное одноэтажное здание, с чисто выметенным двориком, в котором растут деревья и цветы. 


Мечети более двухсот лет, столько же, сколько самому селу. Стены изнутри обшиты деревянными панелями, деревянный потолок подпирают три колонны – две из арчи, одна дубовая. Все украшено резьбой. 


Мечеть стали восстанавливать, если не ошибаюсь, в 1997 году. До того здание стояло заброшенное, потом служило складом. Как только разрешили открыть храм, люди приходили и работали не покладая рук. 


Более 20 лет завиток за завитком, сантиметр за сантиметром украшал мечеть старый мастер. Инструменты, оставшиеся от деда, да золотые руки – два крыла вдохновения, отобразившего музыку гор в резных узорах колонн, потолка, стен. Его морщинистые пальцы бережно проводили по ложбинкам орнамента. С какой любовью он рассказывал о том, на что положил почти четверть века. 


Мастеру 80 лет, и он, сидя на дощатом полу, отпиливает деревянный брусок. Дело его жизни – запечатлеть свою любовь к Всевышнему, близким, селу, горам в орнаменте, украшающем старую мечеть.


…Год назад в кишлак пришла цивилизация – появилась мобильная связь. Дальше будет больше, к счастью или сожалению – сказать сложно. Я намеренно не привожу название кишлака – пусть это будет собирательный образ «последних из могикан» – островков чистоты, покоя, первозданности не только природы, но и людей. Возможно, скоро просто некуда будет приезжать за порцией истины, глотком свежего воздуха, перезагрузкой…





















Мечеть.

Мечеть.






Мечеть.

Мечеть.






Мастер.

Мастер.






















Орешина.

Орешина.






Орешина.

Орешина.





































































































































Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 2 comments